19.09.2020

Владлен Власенко: «Если ты выбрал профессию врача, то больница должна стать для тебя вторым домом»

Ежегодно в третье воскресенье июня в России отмечают свой праздник люди в белых халатах. Наверное, нет другой такой профессии, к представителям которой мы предъявляем столь высокие требования. Мы хотим, чтобы эти люди переживали за нашу жизнь и здоровье не меньше, чем мы сами. Ждём прежде всего сочувствия и сострадания, которые иногда лечат лучше самых эффективных лекарств. И встретив такого специалиста на своём пути, обязательно скажем: «Это врач от Бога!» Наверное, это говорит о том, что таким докторам способность чувствовать чужую боль как свою собственную дана свыше. Об этом и о многом другом мы поговорили с заведующим травматологическим отделением «Ачинской МРБ» Владленом Власенко.

 

— Владлен Иванович, как вы стали врачом?

— Возможно, это дело случая. В юности я активно занимался спортом, и однажды получил травму – сломал шею. Более трёх недель пришлось провести в стационаре. Год спустя ещё раз получил травму на тренировке – снова попал в больницу. Посмотрел на работу медучреждения изнутри, видел страдания пациентов и загорелся идеей: посвятить свою жизнь помощи людям.

После школы я сразу поступил в мединститут, но до этого напросился с врачами в патологоанатомическое отделение на вскрытие. Хотел ещё раз убедиться: моё ли это? Не совершу ли я ошибку? Ведь человек может руководствоваться самыми благородными побуждениями, но реальность порой сильно меняет твоё представление о профессии.

Но это, к счастью, оказалось не про меня. В дальнейшем, уже будучи студентом мединститута, работал медбратом. Носил горшки, мыл пациентов, обрабатывал пролежни. На практике дежурил ночами, не отказывался ни от какой работы: я хотел научиться всему.

После мединститута попал в интернатуру – тогда её разрешали проходить не только в краевых больницах, но и в районных. В хирургическом корпусе я постигал азы хирургии – специально брал по 15-17 дежурств, лишь бы освоить все манипуляции. Если врач доверял какую-то несложную операцию – это было верхом счастья. Незабываемое ощущение: ты уже настоящий врач, ты можешь лечить человека!

Это было непростое время. Мы собственноручно изготавливали пластины; брали на АГК проволоку, закаливали и делали из неё спицы. В Ачинске тогда работала целая плеяда талантливых травматологов, которые делились с нами бесценным опытом: Юрий Евдокимович Котегов, Александр Михайлович Басков, Николай Григорьевич Денисьев, нейрохирург Геннадий Николаевич Мельников. Мы бегали за ними как щенята, брали с них пример: свои личные проблемы нужно ставить на второй план, а всего себя – отдавать пациентам.

Сейчас, как бы там ни было, работать гораздо легче, а в те времена всё было по-другому: порой и присесть было некогда. Но в результате я прошёл все ступени оказания врачебной помощи.

 

— Вы заметили, что сейчас врачам работать легче. Тому виной технологический прогресс?

— С одной стороны, компьютер – наш помощник, но с другой – он забирает много времени, которое мы могли бы посвятить пациентам. К тому же у нас до сих пор нет единой для всей страны медицинской системы – как, например, сайт «Госуслуги», как база ГИБДД. А в медицине разные регионы работают в разных медицинских программах, к тому же они технически несовершенны, нередко «зависают», и это приносит дополнительные сложности. Наверное, вы помните, как нынче со 2-го по 13 января не работала электронная система, отвечающая за оформление больничных листов. Порой даже на заполнение карты больного уходит по полчаса – вместо того, чтобы оказывать человеку помощь. Если на работе я злюсь, то на 99 процентов причина этого – обида на самого себя за то, что не смог уделить пациенту ещё больше внимания.

Другая сторона прогресса – это стандартизация оказания медицинской помощи. Каждый шаг – по своей схеме, по шаблону. Это упрощает работу врача, но если честно, то мне всё-таки ближе индивидуальный подход к каждому больному. Именно этому меня в своё время учили и наставники. Мой главный учитель, мой второй отец – заслуженный врач России Евгений Игоревич Широков, которого знают многие ачинцы. К сожалению, пять лет назад он ушёл из жизни. Но именно он привил мне бережное отношение к пациентам, да и просто воспитал во мне многие жизненные принципы. Один из них – если ты решил полностью отдать себя этой профессии, то родным домом для тебя должно стать твоё рабочее место, твоя больница. Такую же судьбу выбрала и моя супруга.

Порой, бывало, по несколько часов находишься в операционной, целая бригада спасает чью-то жизнь, но все эти усилия в итоге оказываются тщетными… Поверьте, это накладывает на психику любого врача сильнейший отпечаток. Эта боль проникает в сердце и надолго остаётся внутри. Даже когда уходишь в отпуск – ещё как минимум неделю снятся пациенты, снится работа, заново переживаешь какие-то тяжёлые ситуации. Наверное, так и должно быть – всё остаётся внутри навсегда. В этом, возможно, и смысл призвания врача. Всегда говорю своему коллективу, что нужно ставить себя на место человека, который обратился к тебе за помощью и именно в тебе видит свою надежду. Сделать всё от нас зависящее, чтобы человеку стало легче. Особенно, когда это касается хронической боли, которая длится не день и не два – подчас всю жизнь.

Поэтому накануне Дня медицинского работника пожелаю своим коллегам терпения, здоровья, новых возможностей для профессионального роста, и чтобы внутри никогда не угасало желание помогать людям.

 

— Как вы оцениваете качество современной медицины в Ачинске?

— Конечно, за последнее время всё очень сильно изменилось. Сегодня в Ачинске оказывается помощь, уровень которой – не ниже, чем в краевых больницах. Если брать травматологию, то раньше в 70-80 процентах случаев лечение велось консервативным путём – вытяжение, гипсовые шины… А сейчас одна операция – и не нужно полгода ходит в гипсе. Если раньше человеку, которому установили протез, автоматически давали инвалидность, то теперь через несколько месяцев он может спокойно выходить на работу и жить полноценной жизнью. Уже второй год подряд ачинцы получают химиотерапию в местном стационаре, давно в Ачинске проводят и гемодиализ – теперь для этого не нужно ездить в Красноярск. Проводится стентирование, коронарография, в Ачинске открыто сердечнососудистое отделение для всей западной группы районов. Знаю, что государство выделяет колоссальные средства на восстановление здоровья своих граждан. Например, эндопротез стоит до 500 тысяч рублей, а его ставят за счёт бюджета – ни в одной стране мира такого больше нет. Или взять стент для сердца, который стоит 250-300 тысяч, а их бывает нужно три-четыре… Хочется, чтобы люди это понимали и ценили.

К сожалению, до сих пор не решена проблема с дефицитом кадров. Средний возраст врачей увеличивается, а приток новых специалистов – слабый. Особенно это ощущается в небольших городах. Считаю, что этот вопрос нужно поднимать на государственном уровне, иначе придётся столкнуться с очень печальными последствиями.

 

— Я знаю, что и сын пошёл по вашим стопам, сейчас учится в медакадемии. Вы как-то участвовали в его профессиональном самоопределении?

— Никоим образом. Наоборот: я был против. Но он настоял на своём. Никогда не вмешивался в его учёбу, но коллеги мне рассказывают, что он с желанием берётся за любую работу, сам напрашивается на практику, с удовольствием присутствует на операциях. Я вижу в нём себя. Правда, он мудрее своих родителей – но, наверное, так и должно быть в жизни.

0 0 vote
Article Rating
0
Would love your thoughts, please comment.x
()
x