16.05.2022

Анна Полянская: «Если бы я не приняла этот вызов времени – мне было бы стыдно перед собой»

Борьба с коронавирусом продолжается уже второй год, а ведь сначала казалось, что с эпидемией удастся справиться за несколько месяцев. Но события развивались слишком стремительно – бывало, что в инфекционных отделениях не хватало даже коек: помимо коронавируса, людей продолжали госпитализировать и с обычными заболеваниями. Ещё немного – и отечественная медицина могла просто захлебнуться от потока пациентов. Необходимо было принимать решение, которое могло кардинально поменять ситуацию. 

Одним из первых это понял промышленник и общественный деятель Олег Дерипаска. По его инициативе в семи городах присутствия предприятий компании РУСАЛ – Краснотурьинске, Богучанах, Шелехове, Братске, Тайшете, Саяногорске и Ачинске – всего за полгода были построены «Медицинские центры помощи и спасения» для лечения пациентов с внебольничной пневмонией и COVID-19. Каждый такой медцентр оснащён высокотехнологичным оборудованием, в том числе собственной лабораторией, аппаратами ИВЛ, УЗИ и компьютерным томографом, благодаря которому можно за сутки обследовать до 100 пациентов.

Конечно, современное диагностическое оборудование – это немаловажно, но большое значение имеет и то, кто будет лечить пациентов. Поэтому для каждого госпиталя формировали высококвалифицированный коллектив. Среди тех, кто каждый день видит страдания людей, поразивших опасный вирус – врач-терапевт Анна Полянская. В 2008 году она окончила Красноярский медуниверситет, работала в столице региона, потом – в Боготольской ЦРБ. В ноябре прошлого года уволилась оттуда и устроилась в ачинский «Медицинский центр помощи и спасения». 

— Анна Сергеевна, почему вы решили поработать в ковидном госпитале? Вам не было страшно?

—  Как только в стране начали организовываться ковидные госпитали, в общих чатах с однокурсниками мы обсуждали предложения поработать там. Сначала, сознаюсь, действительно было страшно: как это – постоянно находиться в защитном костюме, в маске? Но потом для себя решила: если я не приму этот вызов, если не поработаю в таком учреждении, то после пандемии мне будет стыдно и перед коллегами, и перед пациентами, но в первую очередь – перед собой.

Кроме того, на тот момент практически весь мой стаж – это работа в поликлиниках. Поэтому я подумала, что если хочу быть хорошим врачом – должна поработать и в стационаре. Тем более, если этот стационар – ковидный. Сначала решила просто поработать месяц. А потом уволилась с прежнего места работы и  не пожалела об этом ни разу: «Медицинский центр помощи и спасения» – это новое здание, современное оборудование, никаких проблем с лекарствами и средствами индивидуальной защиты – ну где и когда мне удалось бы получить такой опыт? Бытовые условия тоже имеют большое значение: в медцентре есть отдельные комнаты для приёма пищи и для отдыха. К тому же у нас сложился очень дружный коллектив, которым руководит замечательный человек – Виталий Владимирович Каминский.

— Как отнеслись к этому решению родные и близкие?

— Муж, хоть сначала немного и противился, постепенно смирился с моей новой работой. А родители, так получилось, в каком-то смысле даже поспособствовали этому решению. Они примерно в это же время заболели коронавирусом, и переносили его очень тяжело. Я тогда много думала о том, что если бы была рядом с ними как доктор, могла бы как-то облегчить их страдания. К счастью, у них всё обошлось, они выздоровели. 

— Как устроен ваш режим работы?

— Это обычный рабочий день, с 8 до 14 часов, хотя, конечно, очень редко удаётся освободиться к этому времени. Плюс через каждые два дня – дежурство в течение суток. Так что можно сказать – мы в госпитале практически живём. Кстати, здесь, внутри, очень чувствуется особое внимание к «Медицинскому центру помощи и спасения» – и со стороны СМИ, и со стороны власти, и со стороны РУСАЛа.  

— Можно ли сказать, что сейчас вы знаете о ковиде больше, чем полгода назад?

— Не только я, но и все врачи! Лечение от коронавируса происходит в соответствии с «Временными методическими рекомендациями по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции» – недавно вышел уже их 11-й вариант. Постоянно узнаёшь что-то новое из свежих научных публикаций, из собственного опыта, из опыта коллег из других городов и даже стран. Есть точное понимание, что к каждому пациенту нужен особый подход, учитывающий его сопутствующие заболевания, особенности протекания ковида. Конечно, сейчас об этой болезни известно гораздо больше, чем год назад, и это очень помогает в лечении. 

— Сами наверняка тоже переболели?

— Да, в декабре прошлого года. Но у меня болезнь протекала в лёгкой форме: лишь пропало обоняние и появилась небольшая слабость. 

— Моя родственница недавно проходила лечение в госпитале, и мне приходилось регулярно звонить то в ординаторскую, то в реанимацию. Знаете, что удивило? Как подробно врач рассказывал о динамике состояния здоровья, как сочувственно и терпеливо отвечал на все мои вопросы, не допуская ни ноты раздражения. А ведь сколько таких, как я, позвонит за день? Как при этой сумасшедшей психологической нагрузке сохранить в себе способность сопереживать, в общем-то, чужим людям? Вас этому где-то специально учат?

— Нет, нас этому точно не учат. Да и можно ли этому научить? Я бы сказала – это стандарт «Медицинских центров помощи и спасения», основанный прежде всего на уважении к чувствам людей, чьи близкие – бабушки и дедушки, родители, дети – сейчас находятся в госпитале. Тем более что многие из нас и сами через это прошли. 

— Трудно ли работать с больными коронавирусом? Ведь не секрет, что очень часто нарушается психоэмоциональное состояние таких больных…

— Дело в том, что многие пациенты в таком состоянии к нам уже поступают. Ведь посмотрите, сколько вокруг здорового человека информации о коронавирусе! Люди очень напуганы, многие считают, что ковид – это самая страшная болезнь. А когда ещё и заболевают и оказываются буквально запертыми в боксе – тут сложно избежать расстройства психики. Поэтому наша задача – в первую очередь объяснить, что не всё так плохо, что коронавирус – хоть и новая, но обычная болезнь, которая вполне лечится. Кстати, почему-то многие люди считают, что при коронавирусе нужно принимать много антибиотиков. При этом они губят микрофлору кишечника и тем самым ослабляют иммунитет. В результате организм теряет способность самостоятельно сопротивляться болезни. Как следствие – осложнения; например, в виде пневмонии. 

— Как устраиваете себе психологическую разгрузку?

— Бегаю на стадионе и, как ни странно прозвучит, на ночь пью кофе. 

— Вас работа в центре как-то изменила?

— Очень сильно: я стала гораздо терпимее. Моя прежняя работа в поликлинике подразумевала лишь короткое общение с пациентом, а здесь, в медцентре, ты с ним практически не расстаёшься. А любому человеку в первую очередь нужно внимание, общение, потому что результат лечения зависит не только от оборудования и лекарств, но и от настроя пациента.

0 0 Голоса
Рейтинг статьи
0
Вам есть что сказать по этому поводу? Прокомментируйте!x
()
x