21.05.2024

Мишка, Мишка, где твоя улыбка?..

В ачинской драме – очередная премьера: «Звездопад» по одноимённой повести Виктора Астафьева

Как рождается спектакль? Скорее всего, как и любой другой творческий «продукт». Сначала режиссёр чем-то впечатляется, к нему приходит вдохновение, он творчески перерабатывает проблему, размышляет, как её выразить на сцене. Носится с этой идеей, заражает труппу, они репетируют, репетируют, репетируют – и вот рождается спектакль. Естественным, скажем так, путём.

А есть спектакли, чего греха таить, которые поставить нужно. Нужно – и всё тут. Ну как, например, пройти мимо 100-летнего юбилея нашего земляка, выдающегося писателя-фронтовика Виктора Петровича Астафьева, да ещё и накануне Дня Победы? Никак. Хотя, кто знает, может, именно в гении Астафьева и черпал своё вдохновение режиссёр Никита Рак, поставивший «Звездопад» в инсценировке современного драматурга Ярославы Пулинович?

Литературное наследие Астафьева мало того, что огромно и бесценно, так ещё и до сих пор вызывает ожесточённые споры. Особенно всё, что касается Великой Отечественной. У Виктора Петровича война – это кровь, смерть, горе. Из-за этого писателя даже в советские времена упрекали за очернение действительности. Но право писать именно так, а не иначе, ему дала сама жизнь: как известно, имея бронь, он ушёл на фронт добровольцем. Воевал на передовой. Получил контузию. Награждён орденом Красной звезды. За это Астафьева-писателя и любят: за то, что каждое его слово наполнено силой и жизненной правдой. 

…19-летний Мишка Ерофеев, находясь на лечении в краснодарском госпитале, влюбляется в медсестру Лиду. Но у первого чувства – трогательного, чистого и хрупкого – нет будущего…

Конечно, на сцене при всём желании не передашь реализм, которым Астафьев в книгах будто режет: всё-таки театр предполагает условности и некоторую визуальную стерильность. А как же тогда показать войну Астафьева – ту, которую он описывает глазами простого солдата (хотя, по-моему, у него даже нет ни одного описания боя)? Тут одна надёжа – на талант актёров. И слаженный ансамбль (а в постановке заняты почти три десятка человек!) не подкачал: сидя в зале, хотелось и восхищаться, и упиваться: такими прочувствованными образами и такой самоотдачей.

Несмотря на то, что в основе полуторачасовой постановки лежит немаленькое литературное произведение, для сцены оно адаптировано так деликатно, что не нарушился ни один нерв повести. Впечатляет сценография: она безупречна – всего в меру, всё в духе, всё – на своём месте. Атмосфера постановки проникает в зрительный зал постепенно, но захватывает каждую клетку. При этом спектакль чрезвычайно широк по краскам эмоций: где-то они сделаны грубыми мазками, где-то – изящно выведены тоненькой кисточкой.

Василий Гладкий и Анжелика Мешкова, кажется, до дна выскребли всю соль произведения Астафьева, а читающий «от автора» Игорь Ивашутин произносит такой пронзительный финальный монолог, что от него ком в горле становится. Именно после него хочется, вслед за известным киногероем, спросить: «В чём сила, брат Мишка?» Конечно же, в правде. У кого правда – тот и сильней. А ещё – в любви: хоть на войне, хоть в мирной жизни…

Фото: Данила Сидоров, Ачинский драматический театр

Автор