Сокращение строптивых

Суд восстановил пятерых уволенных из стоматологии зубных техников. Но почему их это не радует?

Эта история началась около года назад: пятеро сотрудников ортопедического отделения стоматологической поликлиники Ачинска получили уведомления о сокращении. Всех этих людей объединял один факт: ранее они обращались в суд по поводу незаконного уменьшения зарплаты.

«Мы посмели поинтересоваться своей зарплатой!»

Евгений Филипкин работает в стоматологии с 1990 года. Говорит, что у них в ортопедическом отделении зарплата всегда была выше средней по поликлинике: кроме оклада, зубные техники получали ещё и доплату за выработку сверх нормы.

— Это было для нас хорошим стимулом, – поясняет Евгений Петрович. – Но несколько лет назад по инициативе администрации в трудовой договор внесли изменения. На тот момент мы полностью доверяли руководству и подписали документы, не вникая в суть. И после этого у нас начала снижаться зарплата. Когда мы стали задавать работодателю вопросы – он проигнорировал. Поэтому на коллективном собрании приняли решение обратиться за помощью к адвокату, а после этого пошли в суд.

У Анжелы Ашировой стаж ещё больше – 42 года.

— Всё нравилось, всё устраивало, но после изменений, внесённых в трудовой договор, наша зарплата практически сравнялась с МРОТом, – рассказывает женщина. – Несмотря на то, что мы имеем дипломы зубных техников, высшую категорию, сертификаты о прохождении специализации и аккредитации – наша зарплата практически сравнялась с зарплатой уборщицы-санитарки.

В суде, хоть требования удовлетворили и частично, пришли к выводу, что зарплата зубным техникам начислялась не в полном объёме – в том числе отсутствовали краевые выплаты.

Работодатель исполнил решение суда, однако в дальнейшем вновь прекратил выплаты. Чтобы защитить свои права, сотрудники создали независимый профсоюз, который возглавила Маргарита Пономарёва: она работает в ачинской стоматологической поликлинике с 1984 года. После чего снова пошли в суд, но тут же получили уведомление о сокращении. Так что зубным техникам пришлось подавать ещё один иск – о восстановлении на работе.

— Когда в администрацию поступила копия нашего очередного иска, нас пригласило руководство на собрание и сообщило, что мы сокращены, – рассказывает Анжела Анатольевна. – Таким образом, в декабре прошлого года мы потеряли работу.

Судебные разбирательства по поводу сокращения длились почти год. Сначала в Ачинском городском суде процедуру сокращения признали законной, но истцы подали апелляцию в краевой суд, и 19 октября он встал на сторону зубных техников. Уже на следующий день они вышли на работу; кроме того, им должны выплатить компенсацию за вынужденный прогул.

— В ходе судебных заседаний мы сделали запрос о доходах нашего отделения – выяснилось, что они немаленькие, – говорит Маргарита Павловна. – Но куда идут деньги – документы нам никто не представил. Уже на тот момент мы прекрасно понимали, почему вдруг стали для руководства неугодными: мы посмели поинтересоваться своей зарплатой!

«Оснований для проверки нет»

— Сокращение – это очень сложная процедура, – говорит юрист Василиса Щербак. – В частности, сначала зубным техникам должны были предложить другие вакансии – этого сделано не было. Хотя уже в суде мы узнали, что вакансии в поликлинике существовали. Мало того: при сокращении работодатель не произвёл так называемую оценку преимущественного права – то есть в отделении работали сотрудники с более низкой квалификацией, и сокращение, по идее, должны были начать с них. Однако нет: под удар попали именно те, кто пошёл отстаивать свои интересы в суд. Крайне неприятно было наблюдать в суде за поведением представителей поликлиники: например, отдел кадров принёс три (!) разных варианта штатного расписания. И каждый раз, когда мы находили там нестыковки, нам объясняли: якобы это компьютерная программа что-то напутала. Но самое главное: мы убедились, что ортопедическое отделение приносит хорошие деньги. Какой смысл сокращать сотрудников, которые приносят доход? При этом в штате на довольно небольшой коллектив – четыре бухгалтера, три экономиста, два кассира и целых два специалиста по охране труда! Не говоря уже о трёх работниках по комплексному обслуживанию здания. Но сокращают почему-то зубных техников, которые зарабатывают для учреждения деньги.

Василиса Щербак рассказывает также историю, которая может иметь даже криминальный оттенок. Дело в том, что после сокращения зубных техников в местных соцсетях стала появляться информация о возможности сделать платное зубопротезирование на Мира, 5 – то есть в городской стоматологии.

— Я написала автору сообщение: «Там же всех сократили». Меня убедили: «Нет: главное – пораньше прийти и взять талон». Мы выяснили, что клиентов в поликлинику, оказывается, зазывает уборщица ортопедического отделения! То есть администрация в декабре сокращает зубных техников, а затем начинает вести предпринимательскую деятельность. Но кто эти люди, которые пришли на место сокращённых – при том, что в штатном расписании никого нет? Естественно, мы обратились со всеми доказательствами в правоохранительные органы. Но, к сожалению, там не увидели оснований даже для проверки, не говоря о возбуждении уголовных дел по статьям «Мошенничество» или «Незаконное предпринимательство». В данный момент запущен процесс обжалования…

«Удовлетворения никто не испытывает»

В своё время такой же неугодной, как и зубные техники, стала Татьяна Санкевич, медсестра детской поликлиники № 1. Стаж – 42 года, взысканий – ноль. Имеет звание «Ветеран труда Красноярского края». Регулярно повышает профессиональный уровень, отзывчивая, доброжелательная – в общем, для любого лечебного учреждения она золото, а не работник.

Правда, один «недостаток» у неё всё-таки есть: к руководству она так же требовательна, как и к себе. В случае чего – не стеснялась обращаться в суд; также была избрана председателем независимой профсоюзной организации.

Видимо, именно поэтому в начале этого года возмутительницу спокойствия ознакомили с приказом о прекращении действия трудового договора. Интересы медсестры в суде также представляла Василиса Щербак.

— В ходе процесса были выявлены многочисленные нарушения, – поясняет Татьяна Ильинична. – В результате я была восстановлена в должности, ей также компенсировали вынужденный прогул и присудили моральный вред. 

А самое циничное – выяснилось, что уведомление Татьяне Ильиничне было вручено 13 января, а за день до этого, 12 января, должность, которую ей можно было предложить, передали сотруднику, у которого уже есть основная работа. Это только подтверждает подозрение, что её планировали уволить.

— Вся эта ситуация показывает, что при принятии решений работодатели руководствуются в первую очередь не интересами учреждений, а личными мотивами – говоря по-простому, убирают тех, кто им неудобен, – заключает Василиса Щербак. – И сегодня, хоть мы и выиграли суды, чувства удовлетворения никто не испытывает. Потому что в следующий раз они соблюдут все процедуры – и мы не сможем защититься… Ведь суды не проверяют основания для увольнения – ни экономическую целесообразность, ни профессиональные качества – всё это оставляется на усмотрение работодателя. 

Уже ни для кого не секрет, что в ходе медицинской реформы часть сотрудников будет сокращена. Но даже если им каким-то чудом вновь удастся восстановиться – сколько пользы пациенту принесёт медработник, которого затравили?