Карпатская кукушка. Часть 3

Часть 1  Часть 2

Бракосочетание состоялась в один из солнечных дней глубокой осени Прикарпатья. Регистрация в загсе прошла очень красиво: пограничники были в форме – подтянутые, загорелые. Свадьба стала праздником для всего села: гости пели песни, желали молодым счастья и радовались жизни.

Мария Михайловна тем временем внимательно наблюдала за Сашей: зять нравился ей всё больше и больше. Довольна она осталась и собой, что предложила решительные меры, чтобы спасти честь Гали – теперь можно спокойно ждать первенца.

Правда, иногда ей приходила мысль: Саша ведь из Сибири – что будет после демобилизации? Но она старалась даже не думать о том, как трудно придётся деревенскому парню в большом городе. А в том, что молодожёны будут жить в Харькове, она даже не сомневалась: ведь там и работа легче (даже слесари после 17 часов уже дома), и выходные есть, и садики со школами, и большое количество культурных мероприятий – концерты, спектакли.

Сразу после свадьбы Галя уехала с родителями домой. Саша писал ей письма, она отвечала, в мелочах описывая, как готовится стать молодой мамой. Саша же завёл тетрадь, где подсчитывал, сколько ему до окончания службы осталось выпить компота и съесть порций масла. Сообщил родителям, что женился и домой вернётся не один – хотя этот вопрос не согласовал ни с Галей, ни с её родителями, считая, что это само собой разумеется.

А пока он ходил в увольнение к бабе Соне, помогал ей по хозяйству. Та благодарно угощала пирогами и украинским борщом. Когда появились первые весенние листочки, ей от Марии Михайловны пришла телеграмма о рождении внука. В ней она спрашивала согласие Саши назвать его Александром – по желанию Гали.

Так украинская земля пополнилась полнокровным её жителем – Александром Сычкиным, потомком сибирских староверов. Мальчик родился с хорошим весом, активно развивался, окружённый заботой близких – даже Иван Васильевич принимал участие в прогулках по свежему воздуху в коляске.

Галя наверстала учёбу, вскоре успешно сдала госэкзамен и получила диплом. В сопровождении Марии Михайловны она поехала с сыном на лето к бабе Соне, а значит – и к Саше.

Командование, зная ситуацию, чаще других давали солдату увольнение, и Саша с Галей много времени проводили вместе.

Незаметно прошёл август – окончилась и служба. Проводы на заставе были недолгими: молодая пара, попрощавшись с бабой Соней, со слезами на глазах уехала в Харьков.

***

Оставаться в городе Саша не хотел – он хорошо понимал, что без специальности устроить там жизнь ему будет очень трудно.

В деревне он сызмальства был помощником во всём. Отец трудился от зари до зари – и сына старался научить: как держать в руках топор, как косить траву литовкой, как точить нож… Сколько премудростей нужно знать крестьянину, чтобы вести хозяйство! А сколько мастерства нужно было перенять от отца, чтобы стать удачливым рыбаком или охотником! Эти знания передавались по крупицам – ежечасно, ежедневно, ежегодно, и в 17 лет деревенский парень уже мог свободно заменить отца в любом деле.

А вот когда он уезжал в город, то, по сравнению с городскими ребятами, становился человеком второго сорта. Ведь всё, что он постиг дома, оказывалось ненужным. Ему было трудно общаться в обществе, он не был обучен танцам, не всегда знал спортивные игры и снаряды, робко, а порой неуклюже, вёл себя за столом. Не сразу ориентировался, как вести себя с начальством, как сделать карьеру. И если кто-то так и не постигал этой науки, то в конце концов становился неудачником, постепенно находя утеху в пьяном забытье.

А вот оставшись на родной земле, он был бы хорошим крестьянином, имел крепкую семью, и жизнь была бы и ему и окружающим в радость, а государству – польза.

***

Саша, соскучившись за три года по матери с отцом и родным местам, твёрдо решил ехать домой. Мария Михайловна пыталась отговорить, но тот упорно настаивал на своём: в Сибири им будет лучше.

Галя увлеклась романтикой и поддерживала мужа. Ведь рассказы о таёжных краях она слушала с блеском в глазах – она уже представляла, как Саша ежедневно будет приносить ей глухарей, косачей, уток, как она будет готовить из них вкусные блюда.

Она и понятия не имела, что всю эту дичь ей, как хозяйке, нужно будет ощипать, осмолить, выпотрошить. Рыбу тоже нужно обработать – почистить, посолить…

И вот билеты на поезд «Харьков – Красноярск» куплены, печальные проводы – позади, и поезд, набирая скорость, начал отстукивать длинные километры до Ачинска.

Оттуда им предстояло доехать на грузотакси до Старых Бирилюсс, затем на катере «Юбилейный» по Чулыму – до деревни Бор.

Если бы Галя могла всё это представить, она, наверное, ни за что бы не согласилась на такое «романтическое» путешествие. А пока, находясь в поезде, особых неудобств не испытывала. Маленький Саша таращил глазёнки на соседей по купе, на мелькавшие в окне деревни, города и посёлки, но большую часть времени спал крепким сном.

Девушка любовалась природой, постоянно меняющейся за окном вагона, и удивлялась, какая у нас большая страна. Но чем дальше от Харькова уходил поезд, тем неказистее попадались на пути вокзалы и населённые пункты, и внутренне Галю иногда обжигала мысль о правильности своего выбора.

Саша, понимая, с какими трудностями жене ещё предстоит встретиться, старался уделить ей максимум внимания. «Скоро будем проезжать Омск, дальше – Барабинск, следом – Новосибирск, а там, через несколько часов, и Ачинск», – думал глава семьи.

***

Поезд прибыл в Ачинск ранним утром. Саша с сыном на руках вышел первым; следом на грязную привокзальную площадь вышла Галя. Усадив семью на первую попавшуюся скамейку, Саша кинулся расспрашивать редких прохожих, откуда идёт грузотакси.

Грузотакси – это обыкновенный ЗИС-5, который возил почту, и заодно – пассажиров. Кузов оборудован тентом от дождя и ветра и деревянными скамейками.

Пассажиры, видя солдата-пограничника, да ещё с женой и маленьким ребёнком, уважительно расступились и посадили Галю с сыном на самое хорошее место – на первую от кабины скамейку, где меньше трясло и было теплее. Саша примостился рядом с ними, поблагодарив земляков.

***

Так началась, как потом вспоминала Галя, дорога в ад.

Скорость грузотакси составляла 20-25 километров в час, а преодолеть нужно было 110 километров. В то время, а шёл 1955 год, автомобильных дорог практически не было – только конные, поэтому машину трясло из стороны в сторону. От газов, поступающих в кузов от глушителя, тошнило. Когда кому-то остановилось совсем невмоготу, он стучал по кабине, водитель останавливался, и все вылезали – отдохнуть от жёсткой скамейки и сбегать по нужде в ближайший лесок.

После этого люди опять садились в кузов: машина надсадно фыркала, скрипела, но упрямо двигалась вперёд.

Галя, бледная, вся в пыли, крепилась, чтобы не расплакаться, изо всех сил проклиная себя и сердясь на Сашу, который подверг её и ребёнка таким испытаниям. Но глядя на других женщин, которые ехали с ней, и на то, как обыденно они переносили эти тяготы, немного успокаивалась.

***

После нескольких вынужденных остановок машина наконец-то доехала до Бирилюсс и остановилась возле почты.

Узнав, что катер уже ушёл, Саша пошёл искать знакомых, чтобы переночевать. Квартира нашлась быстро – тут же, недалеко от пристани. Никаких гостиниц в то время не было, и чужие люди, понимая это, дружелюбно пускали в своё жилище гостей, иногда даже предоставляя им лучшую комнату.

Наутро, когда намаявшаяся за длинную дорогу Галя ещё спала, Саша сбегал на пристань, убедился, что «Юбилейный» уже на месте, и вернулся довольный к семье.

В назначенное время они уже сидели в пассажирской кабине катера, плавно покачивающегося на воде. «Юбилейный» неожиданно дрогнул, запустив двигатель, включил сирену и помаленьку отчалил от берега.

Некоторые пассажиры, облегчённо вздохнув и перекрестившись, начали распаковывать нехитрые пожитки, чтобы перекусить. Самые опытные достали бутылочки портвейна и, радуясь жизни, начали их разливать. Успокоилась и семья Саши. День был солнечный, тёплый. Маленький Саша крутил головой, знакомясь с новой обстановкой. Сычкин-старший сквозь шум двигателя пытался рассказать о красоте тайги, об обилии ягод и шишек, о рыбе, которая водится в Чулыме. Галя кивала головой, но не всегда распознавала, что говорил ей Саша: она уже думала о том, как будет возвращаться домой…

Сергей Пестерев

Продолжение следует