Карпатская кукушка. Часть 2

Продолжение. Начало здесь.

Как только Саша подошёл к хате, Галя буквально выпорхнула ему навстречу. Баба Соня, тоже выйдя на улицу, добродушно пригласила гостя войти в дом. Солдат оглянулся: в отличие от сибирских дворов, здесь была идеальная чистота. И везде росли цветы – да такие красивые и так много, что от запахов у Саши закружилась голова.

На его родине крестьяне не уделяли дворам столько внимания: там было настолько примитивно и неухоженно, что казалось, будто люди живут здесь временно. Дворы часто совмещались с загоном для скота, поэтому в них почти никогда не сажали деревьев или цветов.

В доме тоже была идеальная чистота. Поэтому Саша, очутившись внутри, растерянно оглядывался и не знал, как себя вести. Несмотря на протесты бабы Сони, снял сапоги и начал дожидаться, пока Галя соберётся, чтобы пойти погулять.

И опять ему вспомнился Бор. Там на уборку дома времени не хватало: женщины с утра шли на работу в колхоз, а когда вечером возвращались – не знали, за что хвататься: нужно было загнать во двор скотину, подоить корову, приготовить еду, накормить домочадцев. У мужчин, если выпадала свободная минута, были свои заботы: сбегать на рыбалку или на охоту, чтобы добыть для семьи пропитание.

О красоте дома, хозяйственных построек, о хороших воротах или заборе никто и не помышлял. Для этого не было ни средств, ни времени, ни желания.

***

От предложения бабы Сони попить чаю молодёжь отказалась – им обоим хотелось как можно скорее остаться наедине, чтобы высказать друг другу свои сокровенные мысли.

Постепенно напряжённость из разговоров ушла: Саша бойко рассказывал о своём детстве и юности, Галя ему вторила – много говорила о том, что любит книги и театр, о своих родителях, о жизни в большом красивом городе.

Они бродили по улице, никого не замечая. Зашли в Дом культуры, купили билеты на киносеанс, а когда оказались в зале, выяснилось: кассир дал им места не рядом, а разделённые проходом. Так и сидели они весь сеанс, переглядываясь друг с другом, меньше смотря на экран. После кино, взявшись за руки, вновь пошли гулять.

Весь вечер Саша не выпускал руку Гали из своей ладони. Она этому не противилась, и они были счастливыми…

На заставу Саша вернулся в назначенное время. Мысли о девушке не покидали его ни днём, ни ночью; ни в казарме, ни в дозоре. Куда бы ни шёл, куда бы ни ехал – его преследовало неотступное желание всегда находиться рядом с ней.

На службе проблем у Саши не было. Распорядок дня заставы он выполнял без замечаний, со стороны командных лиц и среди солдат пользовался уважением. А после того, как познакомился с Галей, он тем более старался по службе, чтобы при первой возможности получить увольнение.

На встречах ухаживал за ней как за хрустальной вазой. Галя отвечала ему взаимностью, и все эти дни они жили как в каком-то сказочном тумане счастья.

***

Но так уж устроена жизнь, что всё хорошее проходит очень быстро. В последний день каникул Гали, когда Саша пришёл провожать её, случилось то, что должно было случиться при взаимности между двумя молодыми людьми. Галя поверила, что Саша будет в её жизни единственной любовью; во время расставания они поклялись друг другу, что при первой малейшей возможности встретятся здесь, в Кринице.

После отъезда девушки Саша не находил себе места. Он не знал усталости на службе и ежедневно писал в Харьков страстные письма, в которых делился своими чувствами и переживаниями.

Галя отвечала, что тоже скучает по Саше и счастливому времени. Они оба уже не мыслили жизнь друг без друга. Страстная и взаимная любовь в разлуке разгорелась ещё сильнее. Они уже планировали, как поженятся, как будут обустраивать совместную жизнь.

Приезд Гали домой родители отметили застольем. Мария Михайловна, соскучившись по дочери, не отходила от неё ни на шаг, находя дочь, повзрослевшей, похорошевшей и ставшей ещё более похожей на мать.

Расспросив дочку о том, как поживает мама Соня, о жизни в Кринице, где прошло детство и юность Марии Михайловны, женщина мысленно дала себе слово, что при первой возможности возьмёт отпуск и поедет туда. Она понимала, что никогда не уговорит маму переехать в Харьков, но всё равно чувствовала перед ней вину.

***

Первые дни учёбы и встречи с друзьями после летних каникул немного приглушили мысли о Саше, но сердце вновь и вновь тревожило молодую душу Гали. Иногда она мысленно корила себя, что не смогла побороть страсть и положила на алтарь любви свою честь. Иногда приходила мысль о беременности, и тогда её охватывал страх. Но она знала, что там, на границе, стоит её любимый и неповторимый Саша, и ей становилось от этого теплее.

Время у Гали шло однообразно: занятия в техникуме проходили скучно, ходить на танцы в субботние дни не хотелось. Постепенно Мария Михайловна стала замечать перемены в поведении дочери и попыталась вызвать её на откровенный разговор. Но дочь уверяла, что у неё выпускной год, надо готовиться к экзаменам, поэтому тратить время на веселье ей не хочется.

Так день бежал за днём, пока Галя не почувствовала, что действительно беременна. Отец, Иван Васильевич, был в командировке: тревожной новостью она поделилась с мамой.

От такого разговора Мария Михайловна сначала впала в шоковое состояние и какое-то время не могла собраться с мыслями, чтобы как-то продолжать разговор, хотя материнское чутьё давно угадывало, что с дочерью творится что-то неладное. Женщина провела ночь, не сомкнув глаз, а наутро пошла на работу с больной головой. Вечером, ещё раз обсудив ситуацию, решили сходить на консультацию к врачу.

Тот подтвердил беременность и отсоветовал делать аборт.

Теперь необходимо было как-то подготовиться к возвращению Ивана Васильевича. Но тот так горячо любил свою дочь, что принял известие как неизбежность и даже показал, что будет рад, когда у него появится наследник.

***

Во все времена на Руси считалось, что беременность до замужества – это стыдно. Поэтому задача родителей была как можно скорее скрыть от общественности этот факт, а молодых – поженить.

Что происходило в семье Гали, Саша не знал. Получив очередное письмо от любимой, он уединялся и перечитывал его несколько раз. Бывало, после этого ему в голову приходила шальная мысль о самовольной поездке к Гале. Но разум всё-таки побеждал, и он настраивал себя на окончание службы.

Однако все планы солдата нарушила Мария Михайловна. Под предлогом поездки к маме, она, прихватив с собой Галю, ранним утром объявилась в родной Кринице – к неописуемой радости бабы Сони

После обязательных разговоров о здоровье, урожае и соседях, Мария Михайловна поведала матери о деле Гали – когда та упорхнула к подружке Оксане.

Дружба Николая и Оксаны продолжалась. Они уже давно объявили, что поженятся осенью, как только у солдата закончится служба. Родители Оксаны не возражали – они видели в Николае порядочного серьёзного парня, за которым дочка будет как за каменной стеной.

***

Оксана оповестила о приезде Гали Николая, тот – Сашу, и уже на следующий день он был у хаты бабы Сони.

Галя буквально вылетела из калитки и повисла на крепких плечах Саши. Такая бурная, такая искренняя была встреча двух любящих молодых сердец, что баба Соня с Марией Михайловной, которые за ней наблюдали, невольно утирали слёзы – видимо, враз вспомнив свою молодость.

Зная, что серьёзного разговора не избежать, Галя, целуя и обнимая Сашу, тут же шепнула ему, что беременна, чем привела парня в ещё большее волнение и замешательство.

Женщины суетились, готовили на стол, поочерёдно задавая Саше бытовые вопросы. Тот, чувствуя свою вину, отвечал невпопад, волновался и не мог себя успокоить, чтобы достойно выглядеть перед будущей тёщей.

Баба Соня поставила домашнего винца, которого парень выпил с удовольствием, чтобы пересохшее от волнения горло пришло в норму. Порасспросив Сашу о родителях, Сибири и службе, Мария Михайловна перешла к главному: что им делать с этой ситуацией?

Немного задержавшись с ответом, Саша предложил: если Галя согласится, то после окончания службы он будет счастлив пойти с ней в загс. И тут же, поправившись, сказал, что готов идти хоть сейчас. Девушка заворожённо глядела на него, улыбалась и благодарно кивала головой в знак согласия.

Заявление молодые решили подавать в загс Криницы. Все остальные детали Мария Михайловна решила взять на себя.

На заставу Саша не шёл, а летел, не чувствуя ног, от переполнявших его чувств. На следующий день документы были поданы, Ивана Васильевича телеграммой известили, что свадьба намечена на следующую пятницу, следом начались хлопоты по пошиву платья для невесты и организации скромного вечера…

Продолжение – в следующем номере.